В этих горах, зажатых между настоящей пустыней на востоке и прериями на западе, волки давно уже вывелись. То есть на крыльце скорее могли появиться призраки волков, чем живые волки.

Присмотревшись внимательнее, Молли поняла, что перед ней койоты (иногда их называли волками прерий), но поведение их было очень уж странным, вот она и спутала койотов с более крупными животными из легенд и народных сказок.

Прежде всего поражало их молчание. Обычно, преследуя добычу, койоты пронзительно воют, и от их воя в жилах стынет кровь. Теперь же они не выли, не лаяли, даже не рычали.

В отличие от большинства волков, койоты часто охотятся в одиночку. Бывает, что и сбиваются в стаи, но никогда не приближаются близко друг к другу, как это делают волки.

И однако на крыльце ее дома характерный для койотов индивидуализм совершенно не проявлялся. Они терлись боками, плечами, ничем не отличаясь от домашних собак. Нервничали, вот и искали поддержки у себе подобных.

Заметив Молли в окне кабинета, они не отпрянули от нее, но и не проявили агрессивности. Раньше ей казалось, что их яркие глаза светятся жаждой крови. Теперь же она не находила в них никакой угрозы. Да, да, глаза койотов на крыльце их дома переполняла та самая доверчивость, что читалась в глазах домашних любимцев.

Мало того, в их глазах Молли разглядела мольбу.

Последнее казалось столь невероятным, что она усомнилась в адекватности своих ощущений. Может, богатое воображение решило сыграть с ней злую шутку. Но, с другой стороны, мольбу, просьбу о защите она видела не только во взглядах койотов, но и в их поведении.

Ей следовало испугаться этой клыкастой оравы. И действительно, сердце ее билось чаще, чем обычно. Но биение сердца ускорил не страх, а необычайность ситуации и предчувствие встречи с чем-то неведомым.