– Если успею… – тихо выдохнул. Зотов.

– Успеешь, успеешь, – заявил начальник штаба. – Сейчас главное – не дергаться. Вон, аппараты вовсю работают, – вице-адмирал вытянул руку и ткнул пальцем в болтающийся на тросах возле борта спасательного судна Михаил Руднев бело-оранжевый глубоководный снаряд Бестор, – за два дня уже седьмое погружение. Будет о чем доложить Главкому…

Командующий Северным флотом тяжело вздохнул.

Операция по спасению экипажа атомного ракетоносца Мценск, лежащего на грунте в ста семи метрах от поверхности, развивалась в соответствии с инструкциями… Как явствовало из докладов Главкому ВМФ и министру обороны, аварийную лодку быстро обнаружили, подогнали все имеющиеся в наличии силы и теперь без остановки пытались пристыковать к кормовому спасательному люку переходные шлюзы глубоководных аппаратов. Правда, пока безуспешно – по сообщениям пресс-службы ВМФ, Мценск лежал на дне неровно, и подводные снаряды соскальзывали с его борта раз за разом.

Второй день вся страна с нетерпением ждала выпусков новостей и ловила каждое слово находящегося на борту Петра Великого корреспондента РТР. Других журналистов из соображений секретности к месту спасательной операции не допустили. Одновременно с этим несколько эскадренных миноносцев и большой противолодочный корабль Адмирал Пастухович прочесывав ли район на северо-западе от места катастрофы и пытались разыскать иностранную субмарину, с которой предположительно мог столкнуться Мценск.

Рассматривались и другие версии аварии – мина времен Второй мировой войны, самопроизвольный взрыв торпеды внутри подлодки и даже столкновение с ледоколом. На дезинформирование общества были брошены все силы – от пресс-служб флота и ВМФ в целом до адмиралов-отставников, с завидной регулярностью долдонивших о своей компетентности и доходящих до маразма в объяснении причин затопления Мценска. Бывший командующий Черноморским флотом адмирал Балдин вещал о радиоуправляемой американской лодке-убийце, а экс-главком Военно-Морского Флота СССР – об айсберге.