Влад был из второй категории.
Причем понятие священный долг Рокотов понимал несколько шире, чем лопоухий призывник или курсант военного училища. Он дрался и за себя, и за того парня, измеряя справедливость боя не политическими интересами Кремля, а собственными мироощущениями. И ставил на первое место защиту слабого, не обремененного чиновничьими привилегиями человека.
И именно поэтому никакой передышки в ближайшем будущем у Рокотова не предвиделось…
В паре десятков метров от Влада ворохнулся бурьян и кто-то громко сглотнул.
Ага! – биолог развернулся на звук и перекатился в тень здоровенного лопуха. – Все-таки сдвинулись с места! Не усидели. Что ж, придется наказать…
Рокотов сполз в пересохшую канаву, по-пластунски добрался до осыпавшегося песчаного холмика и очутился точно позади пробирающихся сквозь заросли троих мужчин, вооруженных новейшими бесшумными винтовками.
Дождавшись момента, когда троица вплотную приблизилась к первой грядке подсолнухов и остановилась, дабы перегруппироваться, Влад поднял автомат стволом вверх и громко сказал:
– Ба-бах! Господа, вы убиты!
Одетые в аналогичный рокотовскому камуфляж мужики вздрогнули и резко повернулись.
– Вот черт! – сконфуженно выдохнул один из них, усаживаясь в траву. – А мы-то решили, что выдавим тебя на открытое место!
– Бывает, – улыбнулся биолог. – Но я оказался более выдержанным и не полез напрямик через поле. А элементарно дождался вас в сотне метров от первоначальной позиции…