Пот превратил его каштановые волосы в черные. Перекошенное от напряжения лицо блестело.

Положив мясницкий тесак на прикроватный столик, Молли позвала: «Нейл».

Имя, произнесенное тихим голосом, его не разбудило.

Он отреагировал так, будто услышал раздавшийся чуть ли не над ухом грубый голос Смерти. Замотал головой, мышцы шеи напряглись, пальцы начали сгребать простыню, дыхание еще более участилось, с губ вот-вот мог сорваться очередной крик.

Молли положила руку ему на плечо.

— Сладенький, тебе все это снится.

Со сдавленным криком он сел, схватил ее руку, сбросил с плеча, словно решил, что к нему подступил убийца.

Даже проснувшись, он, похоже, видел врага, который преследовал его во сне. В широко раскрытых глазах стоял страх, лицо оставалось перекошенным.

Молли поморщилась от боли.

— Эй, отпусти меня, это я.

Нейл моргнул, по его телу пробежала дрожь, он отпустил руку Молли.

Она отступила на шаг, потирая запястье.

— Ты в порядке?

Отбросив одеяло, Нейл перекинул ноги через край кровати.

Спал он только в пижамных штанах. При не таком уж большом росте, пять футов и десять дюймов, его отличали мощные плечи и мускулистые руки.

Молли нравилось прикасаться к его рукам, плечам, груди. Крепким, надежным.

И действительно, фигура Нейла соответствовала его характеру. Молли всегда могла на него положиться.

Иногда она прикасалась к нему просто так, невзначай, но страсть вспыхивала, как молния.

Он всегда был уверенным, но спокойным любовником, не привыкшим торопить события, даже застенчивым. Более агрессивная из них двоих, Молли обычно укладывала его в постель, а не наоборот.

После семи лет собственная смелость по-прежнему удивляла и радовала ее. С другими мужчинами она себя так не вела.